Меня спрашивают: «Это что — сюрреализм? Магический реализм? Метафизическая живопись?»
Я отвечаю: «Нет. Это — взлом».
«Нелокальный реализм» — это не стиль. Это — попытка прорвать ткань обыденности воображением и кистями.
Мои картины — это «следы на мокром песке», которые оставляет волна, уходя обратно в море.
Каждая линия, каждый цвет — не «моё видение», а просвет в ткани реальности, через который проглядывает что-то ещё.
Если разбить стену восприятия — за ней окажется «море без берегов».
Мои работы — «дыры в этой стене».
Ты смотришь на картину и чувствуешь: «Что-то не так… но что?»
Это «Оно» — сверхчувственное. Тот самый «орган восприятия», которого нет в учебниках анатомии.
Люди хотят ярлыков. «Ах, это постимпрессионизм!» — и можно ставить на полку.
Но «нелокальный реализм» не упаковывается.
Он — как сон, который ты помнишь неделю, но не можешь объяснить.
Как дежавю, от которого не по себе.
Как ощущение, что за твоим плечом стоит кто-то… а ты оборачиваешься — и там никого.
Я навожу мосты между мирами.
Между твоим «я» и тем, что ты забыл.
Между обыденностью и свободой.
Мои картины — не украшение.
Это — отверствия в двери. Хочешь — загляни.
Добро пожаловать в параллельный мир, где реальность мягко тает, как мороженое на солнце.